Category: медицина

Category was added automatically. Read all entries about "медицина".

О переводе дипломов

Давно хотела пожаловаться написать, в какой ужас и ад может превратиться перевод диплома обычного российского вуза.

Заказчик как считает – переводчик на переводах собаку съел. Стандартный документ, на час работы. И с гордостью разворачивает красный диплом программиста со специализацией «Цифровые сети интегрального обслуживания». Переводчик так радуется за обладателя диплома, что его губы растягиваются в улыбку. На самом деле это нервный спазм – переводчик уже примерно представляет содержание вкладыша с названиями предметов и предстоящую бессонную ночь.

Collapse )

И снова о французских докторах

У подруги вскочил чирей на пальце ноги. Ходила она с ним, ходила, а когда стало невтерпёж, пришла к местному доктору. Местный доктор осмотрел ступню и приписал:

1) антибиотик на 10 дней,

2) антисептик, смазывать чирей,

3) дыхательную гимнастику.

Это был сердобольный доктор, поэтому он и добавил пункт 3. Объяснил, что дыхательная гимнастика окажет обезболивающее действие. Он даже заставил подругу сделать дыхательные упражнения при нём, чтобы быть уверенным, что она всё усвоила правильно. Итак,

Collapse )

Да здравствует бюрократия…

Создатель ваял меня, видимо, с ног. В них меньше всего дефектов. Когда дошёл до головы, наверное, прилично подустал, поэтому в голове у меня мигрени. С ними жить можно, но хреново. Люди научились исправлять некоторые баги творца, они придумали триптаны. Мигрень + триптаны = почти здоровый человек.

 

Я давно покупаю зомиг, во Франции он продаётся по рецепту. В последнем моём рецепте значилось следующее: «Зомиг, таблетки 2,5 мг, выдавать 5 раз по 1 коробке» и внизу приписка: «выдать всё сразу ввиду поездки за границу». Прихожу в аптеку, протягиваю рецепт. Вместо привычного зомига девушка приносит коробку золмитриптана. Поднимаю брови – почему?

 

- Нам пришло письмо из службы социального обеспечения, в котором предписывается продавать только препараты «дженерик*».

- Минуточку. На моем рецепте написано: З-О-М-И-Г, вы мне даёте ЗОЛМИТРИПТАН.

- Всё правильно. Если хотите получить зо-миг, нужно, чтоб в рецепте было написано «толь-ко зо-миг», или платите полную стоимость… Вообще-то я вам и золмитриптан выдать сейчас не могу.

- ???

- Вы в этом месяце уже купили коробку.

- Да, а вот внимание, приписка: «Выдать всё сразу ввиду поездки за границу».

- Это ничего не значит, – пролепетала девушка, – врач нам не указ нужна печать службы соцобеспечения.

- А без него никак?

- Платите полную стоимость.

 

Зашла еще в две аптеки, результат тот же. Сделала два предположения:

1) служба соцобеспечения, компенсирующая 65% расходов на данные препараты, обнищала. Золмитриптан-то вдвое дешевле зомига.

2) Социалисты решают таким образом проблему безработицы. Вот, добавят человека в службу соцобеспечения, дадут валидатор, он будет припечатывать рецепты и чувствовать себя полноценной ячейкой общества. Изящно выкручиваются, я считаю. А платить ему можно сэкономленные на компенсации деньги.

 

*дженерик (фр. générique) - непатентованный препарат, являющийся воспроизведением с оригинального, срок патентной защиты которого истёк; может отличаться от оригинального по составу вспомогательных веществ

Методом проб и ошибок

Как только я перестала быть блондинкой, так сразу начала умнеть. Умнеть прямо на глазах, вот даже чувствую, как становлюсь всё умнее и умнее. Сказала Арно, что скоро его переплюну. «Абсолютно утопичная идея», - ответил Арно.

 

Сегодня я, наконец, поняла, почему у французов температура тела 37,0°С – 37,5°С считается нормальной. Они измеряют её ректально! И когда я Эстрюку говорила, что у меня 37,4°С, а он смеялся – «это не температура», естественно, он думал, что я ТАМ померила. Хотя мог бы уточнить, конечно, а не хихикать. А разница между ректальной температурой и температурой в подмышечной впадине всё же ощутимая – 0,7-1,2°С.

 

Раньше все французы ходили с градусниками в заднице измеряли температуру только ректально. Спросите любого француза, куда надо ставить градусник, и он глупо захихикает. Или насупится. Теперь, во времена технического прогресса, появились новые термометры – электронные и инфракрасные, а старые, ртутные, запретили. У нас тоже теперь инфракрасный термометр. Тренажер для будущих самоубийц.

Collapse )

Как я к доктору ходила. Французскому.

Ни для кого не секрет, что во Франции большинство медикаментов продается по рецепту. Конечно, аспирин, анальгин, гомеопатические средства и тому подобное можно купить и так, а если нужно что-то более менее серьезное, уж извольте сходить к доктору. Визит к терапевту стоит от 20 евро, из них бóльшая часть покрывается страховкой. Записываться надо заранее, обычно за несколько дней. Прийти, естественно, ко времени и подождать полчасика-час (ожидание ничем не покрывается). Для ожидания, слава богу, есть стулья в коридоре или в специальной комнате.

 

Обычно в медицинском учреждении несколько кабинетов, в каждом кабинете по доктору, секретарша в единственном экземпляре треплется по телефону отвечает на звонки за столом в коридоре. Один и тот же доктор здесь может лечить и взрослых, и детей, так что в комнате ожидания и старики кряхтят, и дети плачут. Доктор выходит собственной персоной, называет фамилию и приглашает в кабинет. Там, с улыбкой чеширского кота, спрашивает, чего приперся как дела и что беспокоит.

 

Меня обычно беспокоит мигрень. Мигрень – это когда маленький злобный человечек выжигает мозг где-то за бровью. У других он может устроиться и в другом месте, а у меня в голове там ему наиболее комфортно, разве что брови иногда меняет для разнообразия. Когда он берет в руки свой прибор и приступает к выжиганию очередного шедевра, я беру бомбу с часовым механизмом под названием зомиг и посылаю ему орально. Вот рецепт на этот зомиг мне и был нужен.

 

«Бонжу-у-ур, - расплылся в улыбке доктор Эстрюк после того, как мы его прождали час десять в комнате. – Collapse )

Моя твоя непонимай, или Наконец-то я лоханулась

Доброй ночи, дорогие радиослушатели мои читатели. Как вы уже поняли по заглавию, сейчас я буду перед вами позориться, а вы будете показывать на меня пальцем и смеяться, потому что это же всегда смешно, когда кто-то позорится. Особенно если этот кто-то живет в Парижах, гундосит на французский манер и ходит носками врозь.

Химию в школе я не любила. Хотя училка была не вредная. Правда, смотрела на всех каким-то замутненным взглядом из-под полуопущенных век, словно катализатор в ней был на исходе. Что в общем-то не способствовало пробуждению интереса к предмету. Потом в институте это все продолжилось - нитриты, нитраты, карбониты, карбонаты… Единственным проваленным экзаменом в моей жизни была химия, на первом курсе. Но не в этом позоре я хотела признаться, хотя это, несомненно, тоже позор. Фух, ну ладно, сейчас расскажу.

Возникла у меня как-то надобность в марганцовке. В той самой, которой желудок моют, если яда нечаянно съедят. Но мне не для этого, что вы. Так вот, марганцовка эта продается здесь в аптеках, как и полагается. Собралась я, значит, в аптеку, перед выходом в словарь заглянула: марганцовка, то есть, марганец – manganèse. Ну и пришла я, говорю, Дайте мне, пожалуйста, этот… манганез. Аптекарша куда-то убежала, возвращается с большой такой ярко-желтой упаковкой и говорит: Вот Вам – манганез олигосол, в капсулах. Перорально. Тут меня что-то сомнения взяли, я и говорю, Э-э-э… а другого манганеза у вас случайно нету? Ё-у-у… другого нету, а какой именно Вам нужен? – удивилась аптекарша. Ну мне бы такой… в гранулах… вода от него розовеет, - начала блеять я, как на проваленном экзамене по химии. Вторая аптекарша оторвалась от кассы и заинтересованно на меня посмотрела. Потом они переглянулись. Потом спросили друг у друга, пожали плечами, и снова обратились ко мне, А какое действие он оказывает? Антисептическое, - догадалась я. И тут на одну из них снизошло озарение, Так может, это перманганат де потасьом? Им раны смачивают и… Точно! Де потасьом! – обрадовалась я, узнав знакомое слово. Аптекарша снова метнулась в свои закрома. Сбежавшаяся за это время очередь с интересом меня рассматривала. Наконец, аптекарша появилась с другой коробкой, открыла ее, представила мне содержимое и спросила, Вам сколько? В коробке теснились пакетики, похожие на чайные, с заветным перманганатом. Я вытащила парочку, сказала, Мне хватит. Потом они еще поинтересовались, для какой это мне надобности. Для растения, - сказала я, и очередь беззвучно захлопнула рты.

Только не говори, что золото у вас называется серебром, а серебро золотом, предупредил Арно, когда я ему пересказала историю с марганцовкой. Пришлось объяснять ему, что с серебром и золотом у нас все в порядке, но вот перманганат калия называется марганцовкой, от слова марганец. А почему, объяснить я ему так и не смогла.

"Проходящий сквозь стены"

 (354x530, 100Kb)
На Монмартре, недалеко от белоснежной базилики Сакре-Кёр, стоит необычный памятник, посвященный французскому писателю, драматургу, автору многочисленных романов, новелл и сказок - Марселю Эме (Marcel Aimé, 1902-1967).

Соорудил этот памятник в 1989 году Жан Маре, известный советскому зрителю по фильму «Фантомас». Мало кто знает, что Жан Маре был еще и талантливым скульптором, и памятник Марселю Эме – тому доказательство. Памятник называется «Le Passe-muraille» («Проходящий сквозь стены»), как и одна из самых сюрреалистических новелл Марселя Эме.

Главный герой этой новеллы – ничем не примечательный служащий - месье Дютийёль, который однажды обнаруживает в себе дар проходить сквозь стены. Обеспокоенный этим открытием, он идет к доктору, который назначает ему таблетки для возвращения к нормальному состоянию, но месье Дютийёль, выпив одну, забывает про них и начинает активно использовать свой дар. Так, когда за неправильно выполненную работу начальник запирает его в кладовке, он начинает над ним издеваться, просовывая сквозь стену голову в его кабинет, чем доводит бедного начальника до сумасшедшего дома. Месье Дютийёль понимает, что из его дара можно извлекать выгоду, и начинает безнаказанно грабить банки и ювелирные магазины. Когда он попадает, наконец, в тюрьму, добровольно себя разоблачив, он и оттуда находит выход с помощью своего дара.

Однажды месье Дютийёль влюбляется в белокурую красавицу, встреченную им на улице. Муж красавицы – подозрительный и жестокий ревнивец, ведущий, к тому же, беспорядочный образ жизни, часто отсутствует по ночам, запирая жену на несколько замков, и это, конечно же, не является препятствием для месье Дютийёля. Пробравшись к красавице однажды ночью и удостоверившись во взаимности чувств, он собирается ее посетить и на следующую ночь. Перед свиданием он принимает две таблетки от головной боли, и когда возвращается сквозь стену назад, вдруг застревает в стене. Тут он понимает, что перепутал таблетки и принял случайно те, что прописал доктор, но изменить он уже ничего не может, и остается замурованным в стене навечно.

В России Марсель Эме почти неизвестен, а во Франции его знают все, включая маленьких детей, для которых он написал также сборник сказок про двух маленьких девочек, живущих на ферме в окружении говорящих домашних животных. Площадь, на которой установлен памятник, также носит имя Марселя Эме. Она небольшая, но очень уютная: к стене с памятником ведет аллея, по обе стороны которой растут японские вишни, покрывающиеся весной нежно-розовыми цветами.

 (532x354, 123Kb)