December 4th, 2009

Что нам стоит... пол поменять

Есть такая французская писательница - Колетт (Colette, Sidonie Gabrielle). Вернее, была. Написала множество занимательных вещей, в том числе пьесу «Жижи», в которой прославилась Одри Хепберн, и роман «Chéri», по которому недавно сняли фильм, перевели его как «Дорогуша». Французы, понятное дело, боятся закона Адопи против пиратства, а русские ничего не боятся, поэтому фильм можно свободно найти в Интернете, только в дублированном русском переводе. И в самом начале фильма мужской голос сообщает: «Дорогуша. По роману Колетта». Я аж подскочила, как услышала. Парень, видимо, решил, что Колетт - это свой чувак. Да и не он один - посылаем запрос в яндекс, там: «Почитать краткое содержание романа Г. С. Колетта "Ангел мой" можно здесь».

Господа, посмотревшие «Дорогушу»! Запомните, Колетт - лучше для мужчины нет, то есть дама, да упокоится прах ее на Пер-Лашез…

Или вот еще: Маргерит Дюрас (Marguerite Duras). Ну как ее, беднягу, не мучают! Она и Маргарит, и Маргарита, и Дюра. Даже яндекс по запросу «Маргерит Дюрас» учтиво спрашивает: Быть может, вы искали «МаргАрит Дюрас»? Нет, я искала именно МаргЕрит, поубивала бы таких корректоров! Бедная мадам Дюрас тоже, наверное, в гробу ворочается…

Ну, про нобелевского лауреата Лё Клезио (Le Clézio, Jean-Marie Gustave) я уже писала, тут вообще буйство фантазии: он и Леклезио, и Леклезьо и Ле Клезьо, и Ле Клезье, и Ле Клезьё, и Ле Клезия и даже Ле Клецио. И вся гамма Ле/ле/лё, конечно же. Вот, на одном сайте пишут: «Переводить романы Ле Клезиё чрезвычайно тяжело». Еще бы, если затранскрибировать – уже проблема... Жан-Мари в гробу не ворочается по одной простой причине – жив еще.

А знаете ли Вы, что

Здесь французские бабушки все еще иногда говорят: « Oui-da ! » [уи-да]. Означает это «да», а частица « -da » служит всего лишь для усиления. Вы уже подумали, что это русское «да» к французскому « oui » приклеилось? Разочарую – ничего подобного! « Oui-da » - это чисто французское выражение, правда, уже выходящее из употребления. Скажу более, « da » употреблялось и самостоятельно, в основном, в конце фразы, и тоже, для усиления подтверждения, например: Tenez-le bien, da! (G. Sand, « Jeanne »). И образовалось это « da » из повелительного наклонения глаголов dire (говорить) и aller (идти): di + va = diva -- dia -- dea -- da.

Жаль, что такая удобная частица из употребления выходит…